|
Страница 26 из 31 Рука за тросик, нога на ступеньку. Вторая рука, левая нога пяткой на ступень. Еще шаг, второй, третий. Но пока он еще стоит на дне, - просто вытягивается тридцать метров тросиковой лестницы. Еще шаг. Мягкий рывок - его слегка подбросило вверх. Секунду переждать. Дать лестнице раскрутиться. Один оборот, другой. В обратную сторону. Остановилась. Теперь наверх. Медленно, не торопясь. Шаг за шагом, шаг за шагом. Все сто двадцать метров отвеса Генриховой бездны, с короткими остановками, с перетягиванием лестницы, с перестежкой страховки. Наверх к солнцу, к свету, к теплу, к друзьям! А что, по-вашему, делает спелеолог, отдыхая на привале, где-нибудь глубоко под землей? Особенно, если перед ним поет голубоватым пламенем бензиновый примус “Шмель”? Да еще если он совсем один, когда остальные ушли дальше, вглубь пещеры, в лабиринт узких ходов, заклиненных камней, завалов? Открою секрет - конечно же над пламенем “Шмеля” сушит носки. Да, да - сушит носки, пристроив их рядом с котелком. Носки у спелеологов в пещере постоянно мокрые, ну в крайнем случае - влажные. Даже если пещера сухая. Может “точка росы” в резиновых сапогах поднимается выше? Не знаю. Тишина. Ребята ушли в завалы нижнего угла огромного грота на поиски продолжения пещеры. Свет выключен. Александр Бережнов даже не зажег свечу. Зачем? Без нее вроде даже теплее, да и думать не мешает. “Хорошая пещера, огромная. Длинный, наклонный ход и отвес шестьдесят метров. Да еще через завалы ход вниз пошел. А ну как рекорд будет? Вот бы здорово!”. А может и совсем не о глубине пещеры и будущем рекорде думает Бережнов. Может просто мечтает, чтобы скорей вернулись парни - вон чай уже закипает? А может, мечтает, чтобы скорее высохли носки, или решает не выбрать ли место посуше, да подремать? Но оставим ненадолго Александра в глубине пещеры и вернемся на поверхность. А в это самое время половина отделения № 4 под руководством Кирякова прочесывала верх скальной гряды над снежным цирком со стороны хребта.
|
